![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
Я список кораблей прочел до середины:
Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный,
Что над Элладою когда-то поднялся.
Как журавлиный клин в чужие рубежи -
На головаx царей божественная пена -
Куда плывете вы? Когда бы не Елена,
Что Троя вам одна, аxейские мужи?
И море, и Гомер - все движимо любовью.
Кого же слушать мне? И вот, Гомер молчит,
И море черное, витийствуя, шумит
И с тяжким грохотом подxодит к изголовью.
"Когда ты не знаешь, что это такое, то это джаз"
Джаз - это твое отношение к каким-то вещам. Ну вот когда кто-то спрашивает: “Что это за книжка?” - и ты отвечаешь: “Это что-то джазовое”. Джаз - это громадный контейнер, содержащий все что угодно; это культовое выражение, обозначающее все, что связано с импровизацией и свободой, что не имеет четкой структуры и не укладывается в привычные рамки.
куда-нибудь по видимой отчизне,
гони меня, ненастье, по земле,
хотя бы вспять, гони меня по жизни.
Ну вот Москва и утренний уют
в арбатских переулках парусинных,
и чужаки по-прежнему снуют
в январских освещенных магазинах.
И желтизна разрозненных монет,
и цвет лица криптоновый все чаще,
гони меня, как новый Ганимед
хлебну земной изгнаннической чаши
и не пойму, октуда и куда
я двигаюсь, как много я теряю
во времени, в дороге повторяя:
ох, Боже мой, какая ерунда.
Ох, Боже мой, не многого прошу,
ох, Боже мой, богатый или нищий,
но с каждым днем я прожитым дышу
уверенней и сладостней и чище.
Мелькай, мелькай по сторонам, народ,
я двигаюсь, и, кажется отрадно,
что, как Улисс, гоню себя вперед,
но двигаюсь по-прежнему обратно.
Так человека встречного лови
и все тверди в искусственном порыве:
от нынешней до будущей любви
живи добрей, страдай неприхотливей.
Мой Tелемак,
Tроянская война
окончена. Кто победил - не помню.
Должно быть, греки: столько мертвецов
вне дома бросить могут только греки...
И все-таки ведущая домой
дорога оказалась слишком длинной,
как будто Посейдон, пока мы там
теряли время, растянул пространство.
Мне неизвестно, где я нахожусь,
что предо мной. Какой-то грязный остров,
кусты, постройки, хрюканье свиней,
заросший сад, какая-то царица,
трава да камни... Милый Телемак,
все острова похожи друг на друга,
когда так долго странствуешь; и мозг
уже сбивается, считая волны,
глаз, засоренный горизонтом, плачет,
и водяное мясо застит слух.
Не помню я, чем кончилась война,
и сколько лет тебе сейчас, не помню.
Расти большой, мой Телемак, расти.
Лишь боги знают, свидимся ли снова.
Ты и сейчас уже не тот младенец,
перед которым я сдержал быков.
Когда б не Паламед, мы жили вместе.
Но может быть и прав он: без меня
ты от страстей Эдиповых избавлен,
и сны твои, мой Телемак, безгрешны.
Откровение любой глубины и ширины неизбежно упрётся в слова. А слова неизбежно упрутся в себя.
***
Копирайтер – один из тех людей, которые заставляют людей глядеть в пламя потребления.
<…>
- Зачем человеку глядеть в этот огонь, если в нём сгорает его жизнь?
- Вы всё равно не знаете, что с этими жизнями делать. И куда бы вы не глядели, вы всё равно глядите в огонь, в котором сгорает ваша жизнь. Милосердие в том, что вместо крематориев у вас телевизоры и супермаркеты.
***
Божья любовь к человеку проявляется в великом и невыразимом в словах принципе «всё-таки можно».
***
Ничто так не выдаёт принадлежность человека к низшим классам, как способность разбираться в дорогих часах и автомобилях.
***
В наше время люди узнают о том, что они думают, по телевизору.
***
Было ясно, что лето кончилось, так и не выполнив ни одного из своих обещаний.
…он снова впал в любовное отступничество. Поскольку камни любить не могут, он подтянулся, сел и снова стал влюбленным человеком.
…ни на солнце, ни на смерть невозможно смотреть прямо. Если только в твоей жизни не было правильного учителя.
Пройдя морем не меньше тысячи миль, они открыли пятый остров, сплошные россыпи прудов, где обитатели всю жизнь проводили на коленах, любовались своими отражениями в воде, предполагая, что на кого перестают глядеть, он прекращает быть; и если только они отведут взгляд, прекратив глядеться в водные глади, они немедля умрут.
Меланхолики не от любви становятся такими, а влюбляются, ища выход меланхолии.
Читать собственные юношеские романы – все равно что пытаться выдавить прыщик на собственной школьной фотографии. Ты вырос. Прыщик остался. Поздняк метаться.
Тела были для нас лишь игрушками, к которым кто-то забыл приложить инструкцию: мы оба понятия не имели, что с ними делать.
***
Есть некое величие в том, чтобы собраться с силами, у кого они еще остались, и, совершив поистине титаническое усилие, повзрослеть.
***
Ты всегда живешь с опасением, что достаточно будет мимолетного взгляда на дорогу, нескольких секунд одиночества, минутного ожидания опаздывающей подруги – и все мгновенно рухнет, как карточный домик.
***
Не важно, если люди в итоге так и не встретятся. Главное – не изменить друг другу.
Виноватых не бывает, бывают только люди, которые вдруг перестают для нас существовать.
***
Вы знаете, как можно проверить, любят ли вас? <…> Это связано с ожиданием. Если человек готов ждать тебя, значит, любит по-настоящему.
***
Может, меня утомило собственное счастье.
***
Книги – вещь такая, если ты не успеваешь пересказать ее во время бритья, значит, книга серьезная. Настоящая литература.
